Арда Гюлер: «Если Хаби попросит меня стать вратарем, я куплю перчатки»

Арда Гюлер имеет две стороны. Скромный, немного застенчивый вблизи. Но когда он надевает бутсы – настоящий вулкан. Эти две грани раскрываются в интервью для издания L’Équipe. Феномен, который проявился под руководством Хаби Алонсо. В десяти матчах – три гола и четыре ассиста. Будь то в начале атаки или в поисках пространства у штрафной. Но главное – на поле. Для Хаби сомнений нет. И для Арды тоже:

«Если Хаби попросит меня стать вратарем, я куплю перчатки».

От перспективного таланта до безусловного лидера. Даже его взаимодействие с Мбаппе стало безграничным:

«Иногда нам хватает лишь одного взгляда».

Особенный, «уникальный» футболист. Талант для него – трамплин, а труд – опора.

«Он набрал 8 килограммов мышечной массы», – рассказывают его близкие. Молодой человек не позволяет фейерверкам заслонять свой горизонт. Он «более уверен, чем когда-либо», да, но спокойно. И мудрее: «Думать, что ты уже достиг вершины… это не про меня. Я так не работаю. Главное – не пытаться быть кем-то, кем ты не являешься». И это Арда Гюлер. А это уже немало.

— Как ты справляешься с давлением?

— Я никогда не воспринимал как давление шум вокруг меня. Он бы только усложнил мою работу. Конечно, есть ответственность, но это помогает мне совершенствоваться, повышать уровень. Как будто это мне нужно. Некоторые думают, что я слишком хороший, потому что не создаю проблем, но у меня есть амбиции. Главное – не пытаться быть кем-то, кем ты не являешься.

— В последнее время ты бьешь штрафные возле ворот. Как заслужил такое право?

— Думаю, я заработал уважение благодаря ударам в конце тренировок. После этого проще попросить мяч на игре, когда есть штрафной возле ворот. Но нужно находить баланс между требованием и уважением к другим, к клубу. Если приходит игрок вроде Луки Модрича и хочет бить – нужно дать ему возможность, не говоря ни слова.

— У тебя особые отношения с хорватом…

— Впервые я назвал его Лука «Аби». В детстве нас учат добавлять «Аби» (старший брат) к именам старших. Просто по имени нельзя было обращаться…

— Сложно было сначала из-за проблем с физикой?

— Я знал, что нахожусь в крупнейшем клубе мира. Но с первой тренировки понял, что у меня есть качества для игры. Никогда не сомневался, что здесь добьюсь успеха. Джуни Калафат объяснил план: первый год будет трудным, иначе не может быть для парня, который знал только Турцию. Он также сказал, что я пришел для эпохи после Модрича и Крооса. Все было ясно, он был честен, так лучше.

— В Турции был шум, когда Анчелотти не выпускал тебя в самых важных матчах.

— Карло – один из лучших тренеров в истории. Не забывайте, он сказал прессе, что я буду одним из лучших полузащитников мира. Давиде (его сын и ассистент) всегда пытался помочь. Я благодарен. Когда я не играл, было тяжело, но это подпитывало амбиции: я ждал своего момента.

— А с Хаби? Он сильно доверяет тебе.

— В первый день он сказал: «Я знаю, что у тебя инстинктивная игра, ты воин на поле». В его футболе часто один в один на чужой половине, почти как индивидуальная опека. Нужен характер, агрессия. Но я полностью доверяю его планам: если он однажды попросит меня сыграть вратарем, я куплю перчатки.

— Сейчас многие сравнивают вашу пару с Мбаппе с дуэтом Озил – Криштиану…

— Сравнение приятно, это лестно. Они добились огромных успехов. Но большие победы всегда достигает команда, а не два игрока. Наши качества дополняют друг друга. Мы отлично понимаем друг друга, все идет гладко. Иногда мы немного обсуждаем перед матчем: «Сегодня можем сделать вот это или то». Иногда хватает одного взгляда.

— Говорят, что Мбаппе иногда опускается слишком глубоко в центр поля и отдаляется от штрафной.

— Я думаю, нужно дать ему играть, где он хочет. Его талант дает право на свободу. Если он опускается в центр, он не делает это просто так. Он понимает, что нужно игре. Когда это происходит, я должен занимать его место.

— У тебя уже есть Лига Чемпионов, чувствуешь давление за выигрыш еще одной?

— Я ее не выиграл, она не моя (не играл ни минуты в том розыгрыше турнира, только в Лиге и Кубке). Нужно идти за другой. Это одна из моих главных целей. Я хочу, чтобы дети в моей стране могли сказать: «Арда смог, и я тоже могу».