Мексиканский нападающий «Мадрида» Хавьер Эрнандес «Чичарито» дал в программе El Larguero интервью, в котором прокомментировал свое положение в «Реале», свое будущее, а также рассказал, как пережил все это время на скамье запасных.
Еще два месяца назад Вы были забытым на скамье футболистом…
Да, но я был терпелив и верил в лучшее – у меня в жизни все так получается, что я плыву против течения: я доказал, что, слава богу, добиваюсь тех целей, что ставлю перед собой. Я не довольствуюсь тем, что есть: если я сыграл в пяти матчах, то хочу сыграть в десяти, в двадцати… Я пережил сложные месяцы, о чем я и говорил в интервью в Мексике.
Вы были в депрессии?
Не то чтобы в депрессии, просто расстроенный, потому что я хотел помочь команде: я был не в самой приятной ситуации, однако то интервью я давал не с плохими намерениями. Мои родители и моя сестра сопровождали меня в этом европейском приключении, а моя двоюродная сестра Паола, которая живет в Табаско (штат в Мексике – прим. ред.), помогала мне в сложные моменты. Я стал задаваться вопросом, достаточно ли у меня таланта для игры в «Мадриде», и они мне говорили: «Глупый, если ты оказался в этом клубе, значит, талант есть». Сейчас я счастлив.
Секрет в терпении?
Я очень верующий человек, и Бог для меня – это все, а для тех, кто не верит в Бога, важно просто быть хорошим человеком и не вредить никому на пути к своим целям, быть честным. То, что я играю в «Мадриде» и в Лиге Чемпионов, не делает меня лучше какого-нибудь парня, который учится в школе – просто я переживаю исполнение мечты: я мечтал быть футболистом, когда еще был в утробе матери. Я пришел в этот мир как Хавьер Эрнандес и покину его как Хавьер Эрнандес – просто человек.
Вы очень религиозны.
Когда я был маленький, я спал со своей тетей, которая была для меня как вторая мать. Перед сном мы всегда молились, но она мне говорила, чтобы я отвечал Богу, будучи хорошим ребенком. То, что я молюсь на поле, для меня особенно: когда я был в «Чивас», я не думал, конечно, о том, чтобы бросить футбол, но мое положение было гораздо хуже, чем сейчас – я думал, что, возможно, мне нужно пойти учиться или заняться другим делом. И когда мне наконец-то разрешили сыграть в стартовом составе, два года спустя после дебюта, я спонтанно опустился на поле на колени, чтобы поблагодарить Бога. Я играл на лучшем стадионе в Мексике, «Халиско», потом – на «Олд Траффорд», а теперь – на «Бернабеу», и я благодарю Бога за это.
Твой статус в раздевалке изменился? И вне раздевалки?
Нет, когда я не играл, ко мне относились как к еще одному игроку команды: от третьего вратаря до Криштиану Роналду. Мой лучший друг в команде – это Кейлор.
Звучание «Бернабеу» теперь кажется иным?
Нет, поскольку я сконцентрирован и не обращаю внимания. Возможно, когда мое имя объявляют по громкоговорителю, тогда – да.
Болельщики на «Бернабеу» – жесткая публика…
И это логично: болельщики символизируют историю этого клуба, и уровень ожиданий тут просто невероятный.
Вы переживаете о том, что станете «Золушкой», когда вернутся Бэйл и Бензема?
Это часть футбола, и я просто хочу, чтобы меня запомнили как того, кто почти не ошибался: я не выбираю стартовый состав, поэтому не могу выбрать себя, и я понимаю свою ситуацию, потому что играю в команде мирового уровня, а на поле может выйти только одиннадцать человек. У футболиста всего два варианта: играть или ждать возможности.
Ван Гаал заявил, что Ваша ситуация не изменилась, несмотря на эти голы…
Я не знаю, действительно ли он это говорил или нет: как-то одно английское издание опубликовало мои слова перед дерби, которые я не произносил. Если он действительно так сказал, то его мнение я уважаю: если уж Криштиану или Месси нравятся не всем, то что говорить о нас – тех, кто гораздо ниже по уровню.
Анчелотти отличается от Ван Гаала?
Очень отличается: Анчелотти больше контактирует с нами, он более спокоен. Ван Гаалу нравится рутина – у нас всегда было одно и то же расписание, он очень строгий и любит дисциплину. Анчелотти больше похож на Фергюсона: он дает нам больше свободы.
Один – моряк, а другой – философ…
Нет, они просто одни из лучших тренеров в мире.
В чем разница между «Манчестер Юнайтед» и «Мадридом»?
Это одни из лучших клубов в мире, однако испанская и английская культуры различаются, хотя оба клуба выигрывают титулы.
Вы суеверны?
Нет, хотя я думаю, что все мы немного суеверны: я делаю одни и те же вещи, если я доволен.
Вы зациклены на голах?
Нет. К счастью и к несчастью, в нашей профессии многие начинают прекрасно о тебе отзываться, когда ты забиваешь, а если ты просто проводишь отличный матч, но не забиваешь, то многим уже кажется, что ты провел плохой матч. С момента моего дебюта у меня все отлично с голами, и хотя я не забил против «Малаги» или «Альмерии», но я спокоен за проведенные матчи, а если я к тому же забиваю, то еще лучше.
Криштиану зациклен на забивании голов?
Он пример для всех, он же стал лучшим в мире по какой-то причине: он не довольствуется тем, что имеет, а всегда стремится к большему. Ты не можешь быть лучше без такого менталитета.
Он злится, если ему не передают мяч?
Нет, например, в матче с «Альмерией» я видел двух игроков у ворот и отправил им мяч, и гол в итоге забил Арбелоа.
В спринте на 40 метров на «Бернабеу» против Криштиану и Бэйла Вы бы были последним?
Думаю, что да, но совсем на чуть-чуть (смеется).
Вы много работаете над своей скоростью?
Я работаю над всем: стараюсь работать над техникой и психологическим аспектом, над ударами головой и левой ногой… Мы отлично тренируемся, и это помогает.
Десять или двадцать миллионов отступных?
Это вопрос к руководству – они тебе могут сказать точную цифру, снизят еще или повысят… Для этого у меня есть агент! (смеется)
Сложно жить с журналисткой? (Чичарито встречается в бывшей журналисткой RMTV – прим. ред.)
Нет, почему это должно быть сложно? Возможно, для нее тоже сложно жить с Хавьером Эрнандесом. Я влюбился не в ее журналистику, а она – не в мою профессию футболиста.
Кто тебя поддерживает в раздевалке?
Мне очень помогали Рамос и Пепе, и с Арбелоа у нас хорошая дружба. Рамос и Пепе меня поддерживали, когда я не играл.
Вам нужно поддерживать хорошие отношения с Иско, Хамесом и остальными, чтобы Вам передавали мяч?
Папа рассказывал, что он играл в командах, где игроки не разговаривали друг с другом, а на поле казались лучшими друзьями. Мы все зависим друг от друга: речь идет о хороших отношениях, однако иногда бывает, что в жизни ты не можешь построить отношения с некоторыми людьми.
Кем Вы бы были, если бы не были футболистом?
Не знаю, я никогда не думал о других профессиях.
Вас бы задела необходимость покинуть «Мадрид» после этого сезона?
Когда меня спрашивают о будущем… когда я не играл, обо мне ничего не говорили. Сейчас я играю, но я не знаю, что произойдет завтра: возможно, завтра «Мадрид» сообщит, что приобретает меня, или что я уйду в другой клуб. Я играю в лучшем клубе в мире и меньше всего сейчас думаю о своем будущем, стараясь наслаждаться своим временем в клубе.
За несколько лет до перехода в «Мадрид» Вы говорили, что Вам нравится «Ювентус»…
Мне было 18 лет, когда я давал то интервью: я тогда смотрел итальянский футбол, и мне нравится «Ювентус» из-за Амаури, который привлекал внимание. В Мексике обычно много говорят об европейских командах и любимых игроках, учитывая, как сложно сюда пробиться.
Вы стали необсуждаемым игроком для Анчелотти. Таким же необсуждаемым, как Криштиану и Бэйл или как Иско?
Это вопрос к тренеру: я не знаю, буду ли я играть дальше, а тренер мне сказал, что доволен моей работой и чтобы я продолжал в том же духе.
Мы спросили у Анчелотти, был ли он несправедлив с Вами, и он немного разозлился. Он был несправедлив?
Не знаю – не то чтобы я хочу избежать ответа на вопрос, просто мало кто понимает, что я пережил: кто-то может подумать, что я был обузой для команды, а кто-то – что у меня достаточный для «Мадрида» уровень. Я оставил прошлое в прошлом: я уже однажды оступился, забыл об этом, но не хочу оступиться снова.
Флорентино – лучше всех?
У меня одна религия, и это не он (смеется).
Заслуживает ли Икер освистывания?
Я тоже был болельщиком, и мне не нравилось, когда кричали на моего отца: у болельщика есть право делать все, что ему хочется, однако я считаю невероятным то отношение, которое получает Икер, после всего того, что он выиграл и что он сделал для футбола. Не знаю, одержимы ли они Икером или нет, но ему это не мешает продолжать делать то, что он делает. Ни один игрок не хочет, чтобы его освистывали.
Лучший нападающий?
Толстячок Рональдо.
Какого нападающего Вы бы приобрели, если бы у Вас было неограниченное количество денег?
Я бы купил Чичарито (смеется).
Кто Вас удивил больше всего?
Криштиану – он по-настоящему работает и обладает невероятным талантом.
Вы начали карьеру на позиции правого латераля?
Когда мне было шесть или семь лет, еще до перехода в «Чивас», я играл на позиции правого латераля, потому что мой отец играл половину своей карьеры как правый вингер, а потом перешел на позицию свободного защитника. До дебюта в «Чивасе» я был правым вингером, но как-то мне пришлось заменить нападающего, и я забил гол – с тех пор я играю нападающего.
Комментарии ()